">
ГлавнаяКниги о политологииПолитическая наука - Гаджиев К. СРелигиозный аспект политической культуры

Религиозный аспект политической культуры

Показательно, что нередко/формирование той или иной нации, ее вступление на общественно-историческую арену обосновываются ссылками на некое божественное провидение. В поисках аргументов часто обращаются к Библии, особенно где говорится, что бог не только правит миром, но и избирает из среды всех народов только один, наделяя его своей благодатью. Крайние формы этого мифа отводят другим народам и странам лишь роль фона, на котором разворачивается история того или иного богоизбранного народа. Исто­рия дает много примеров, свидетельствующих о том, что идея вели­чия и богоизбранности была присуща чуть ли не каждому великому народу, особенно в период его восхождения.

Покажем это на примере русского и американского народов. Так, автор ’’Сказания о князьях Владимирских”, говоря о преемствен­ности мировых монархий древнейших царств до Римской империи, выводил основы современной ему власти от римского императора Августа. Согласно этому сказанию, Русь является законной наслед­ницей всех древних мировых монархий. Естественно, Рюрик, поло­живший начало династии Рюриков, правивших Русью до восхожде­ния на престол династии Романовых, ведет свой род от самих рим­ских императоров. Постепенно сформировалась идея Москвы как третьего Рима - наследницы Рима и Константинополя, столицы Вос­точной Римской империи.

Показательно, что наряду с символами самодержавия и народ­ности в формировании и укреплении русского государства и завое­вании им новых земель, стран и народов важную роль сыграла пра­вославная церковь. Она давала русским духовную опору, чтобы про­тивостоять мусульманскому Востоку и католическому Западу, которые на тех или иных исторических этапах представляли угро­зу их религиозному и государственному существованию. В целом, хотя принципы веры и не преобладали над политическими, религия часто использовалась для обоснования власти и притязаний сначала русских князей, а затем и московских царей.

Пропагандируя грандиозную концепцию, рассматривавшую Москву как "новый Вечный город, наследницу Рима и Константино­поля”, церковная иерархия постоянно предупреждала царей об их священном долге превратить Московию в ’’новую христианскую им­перию”, при этом сколько-нибудь четко не обозначая ее границы. Следует отметить, что эта доктрина сыграла немаловажную роль в экспансии и утверждении многонациональной Российской империи на бескрайних просторах Евразийского континента. Поэтому можно утверждать, что в формировании идей о величии России, ее мас­штабности, патриотизме и преданности отечеству - Руси-матушке, особом пути России и т. д., составляющих важнейшие компоненты политического сознания россиян, немаловажную роль сыграла и пра­вославная вера. В этой связи нельзя не упомянуть, что многие атри­буты и символы православной церкви стали одновременно и симво­лами российской государственности. Здесь можно упомянуть, напри­мер, храм Василия Блаженного, возвышающийся на главной площа­ди страны рядом с Кремлем, да и храмы в самом Кремле, взорванный большевиками храм Христа Спасителя, Исаакиевский собор, Оптину Пустынь. Симптоматично, что церковь возводила в ранг святых вы­дающихся деятелей, которые в строгом смысле не являлись ее слу­жителями. Речь идет, например, о равноапостольных Кирилле и Мефодии, св. Владимире, Александре Невском и др.

Что касается США, то с самого начала формирования американ­ского национального сознания важнейшим его компонентом стало убеждение в особом пути развития Америки и ее роли в мировой истории. Казалось, что сама природа и мировоззрение эпохи предна­значили английские колонии в Северной Америке для "великого эксперимента”. Подобно более ранним утопиям, в воображении ев­ропейцев ХУИ-ХУШ вв. Америка представлялась сказочным остро­вом, отделенным от остального мира морями и океанами.

Историки и духовные вожди сначала колоний, а затем незави­симого американского государства представляли дело таким обра­зом, что американцы с самого начала преследовали ясную и осознан­ную цель - претворить в жизнь идею божественного провидения, по­строить на американской’ земле божественный "град на холме” в пример всем другим народам мира. В конечном счете была сформули­рована грандиозная религиозная философия истории и прогресса, согласно которой Америка представляет собой высший этап разви­тия человечества и последнюю лучшую надежду всех людей. Харак­терно, что, обосновывая исключительное место Америки в мировой истории, автор Декларации независимости США, третий президент

Америки Т. Джефферсон в 1785 г. предлагал изобразить на государст­венном гербе страны взятый из Библии образ сынов Израиля, идущих за лучом солнца. Почти все отцы-основатели Америки были глубоко убеждены в том, что ей уготована особая судьба, особая, божествен­ная миссия.

Многие исследователи прямо связывают с религией республи­канские и демократические институты Америки. Как утверждал еще известный французский общественный деятель и историк А. де Ток - виль, истинной школой республиканских добродетелей в Америке была церковь. По его словам, религия представляла собой первый из американских политических институтов. Она была республиканской и демократической религией, которая не только включала республи­канские ценности, но и давала первые уроки относительно того, как участвовать в общественной жизни. По словам Токвиля, нравы в большей степени, чем законы или физические обстоятельства, способ­ствовали успеху американской демократии, а нравы коренятся в религии.

Обращает на себя внимание тот факт, что религиозный и социо­культурный традиционализм часто идут рука об руку с социально-­философским и идейно-политическим консерватизмом. Религия всегда служила источником традиционных ценностей. В конце концов религия тесно связана с культурной традицией как часть об­раза жизни в целом. Когда этот образ жизни подвергается опасности, его религиозные и моральные компоненты оказываются опорными пунктами защиты существующей системы и привычного образа жизни. Поэтому вполне объяснима наблюдающаяся у отдельных ка­тегорий населения склонность сетовать в определенных ситуациях на упадок таких традиционных ценностей, как закон и порядок, дис­циплина, сдержанность, консенсус, патриотизм и т. д.

В связи с изложенным обращает на себя внимание тот факт, что конфессиональный фактор зачастую перевешивал в прошлом и в не­которых странах продолжает перевешивать и в настоящее время социально-классовые приверженности. Именно влияние клерика­лизма и конфессионализма на общественное сознание и, соответст­венно, политическую культуру обусловило возникновение во мно­гих странах Западной Европы клерикальных партий разных ориен­таций, роль и значение которых нельзя оценить однозначно.

Были и есть консервативные и даже реакционные конфессиональ­ные партии и организации, но были и есть и такие, которые выступа­ли с позиций социального реформизма (например, социальное хри­стианство). В наши дни христианская окраска помогла ХДС - в ФРГ, ХДП - в Италии и аналогичным партиям в других странах привлечь на свою сторону многих верующих. В них, наряду с консервативны­ми, есть и центристские и либеральные фракции, выступающие за


реформы (например, так называемые ’’социальные комитеты” в ХДС).

Немаловажное место в политической культуре занимает идеоло­гия. Это и естественно, поскольку проблемы идеологии трудно отделить от проблем, касающихся авторитета, власти, властных отно­шений и т. д. Она призвана придавать значимость институциональным отношениям между людьми, объяснять политические реальности в конкретно-исторических условиях. Однако в широком смысле слова идеология, как отмечают Д. Мэннинг и Т. Робинсон, не может обязать человека действовать определенным образом, как это делают право­вые нормы. Не приверженность идеологии, а членство в партии, которая действует именем идеологии, обязывает ее приверженцев принимать политическое решение таким, как оно есть. В отличие от партии, в идеологии нет ни руководителей, ни подчиненных, она имеет только приверженцев. Без дисциплины, связывающей партию, сторонник идеологии рискует быть вовлеченным в вечный спор относительно того, что именно идеология предписывает. Доводы ”о товариществе” и ’’братстве” сами по себе не могут помочь привер­женцам идеологии создать новое общество, но они могут придать их партийным предпочтениям, усилиям, деятельности определенную значимость. Идеология обеспечивает категориями и понятиями, с помощью которых обосновываются или отвергаются те или иные по­литические институты, действия, политический курс и т. д. Но она не может подменять собой политическую культуру как таковую. В условиях одной политической культуры могут сосуществовать несколько конфликтующих друг с другом идеологических и идейно­политических течений, хотя, как это имеет место при тоталитаризме, бывают ситуации, когда идеология стремится полностью подмять под себя политическую культуру.


Пред. статья След. статья
визвольна війна
особенности немецкой классической философии кратко