Мэдисон


Классические либералы отождествляют политическое развитие с возникновением конституционального правления. Джеймс Мэ­дисон (1751 — 1836), один из авторов «Федералиста», четвертый президент Соединенных Штатов, изучал социальную и полити­ческую философию в Принстонском университете в последние годы XVII в. Находясь под влиянием таких теоретиков шотланд­ского Просвещения, как Дэвид Юм, Адам Смит, Адам Фергюсон, он говорил о необходимости смешанного, представительного правительства с разделением власти. Для него политическое раз­витие означало внесение правовых ограничений в осуществление произвольной, монопольной власти. Оно предполагало также за­кат абсолютистского бюрократического государства и движение к гражданским свободам, конкурентным выборам и ограниче­нию обязанностей правительства. Конституционализм формиру­ется в условиях плюралистической согласительной системы, за­нимающейся урегулированием конфликтов между группами, об­ладающими различными интересами.

Согласно Мэдисону, правительство существует в первую оче­редь для того, чтобы реализовать свободу. Он полагал, что каждый индивидуум хочет свободно следовать своим интересам. Прави­тельство при капиталистической рыночной экономике защищает личность, ее интересы и счастье. Придерживаясь принципа защиты торговли, повышая производительность труда в стране и орга­низуя ее инфраструктуру (финансы, транспорт и средства комму­никации), оно способствует процветанию и обеспечивает свободу. Несмотря на приверженность свободе, Мэдисон опасался зло­употреблений ею. Человеческий разум способен совершать ошиб­ки. Поскольку люди — не ангелы, они не могут, подобно Платону, полагаться на то, что свободу обеспечат просвещенные государст­венные мужи, нравственно-религиозные или рациональные моти­вации. Как и классические либералы, Мэдисон реалистично восп­ринимал склонность индивидов предаваться «себялюбию», их стремление к богатству и высокому положению. Любому из об­ществ присуще неравенство в распределении собственности; от­сюда конфликт интересов. Должники конфликтуют с кредитора­ми. Бедные угрожают богатым. Землевладельцы конкурируют с промышленниками. Попытки правительства подавить эти конф­ликты принесут больший вред, чем стремление проконтролиро­вать последствия борьбы между группами влияния.

Мэдисон полагался на то, что свободу можно сохранить с по­мощью структурных урегулирований: сегментированных инсти­тутов и формальных конституционных процедур. Он опасался, что экономические группы — то, что он называл «фракциями», — станут преследовать собственные интересы и это неблагоприятно отразится на обществе в целом. Дабы предотвратить подобные злоупотребления свободой, введенная конституционной конвен­цией 1787 г. республиканская система предусматривала учет ин­тересов различных групп в деятельности правительства. Если ча­стные интересы, власть и амбиции будут играть роль сдержек и противовесов друг для друга, общество, как надеялся Мэдисон, сможет избежать как тирании, так и анархии. По его мнению, анархия возникает потому, что обладающие властью социальные группы угнетают слабые фракции. Тирания возникает, когда вся правительственная власть концентрируется в руках одних и тех же личностей. Для Мэдисона эффективным является конститу­ционное правление, которое гарантирует защиту от названных опасностей. В условиях географически обширной, разнородной федеральной республики разность интересов является защитой от тирании большинства: «В условиях свободного правительства защищенность гражданских прав должна быть такой же, что и ре­лигиозных прав. Она состоит в одном случае в существовании множественности интересов, а в другом — во множественности сект»11. Гарантией свободы служит конкуренция между общена­циональным и региональными правительствами. Разделение вла­сти в национальном правительстве на законодательную, исполнительную и судебную будет сдерживать стремление к абсолю­тизму. Принятая конституция ограничивает власть правительст­ва управлять экономикой, в частности проводить политику, ме­шающую интересам владельцев собственности и кредиторам.

Мэдисон скептически относился как к лидерам, так и к рядо­вым гражданам. В отличие от Платона, он сомневался, что вера в добродетель, разум и политическое образование даст просвещен­ных лидеров. Для предупреждения законодательной тирании он рекомендовал, чтобы члены Конгресса являлись представителя­ми различных профессий: торговцами, землевладельцами и спе­циалистами, в частности юристами. Законодатели должны обра­зовывать коалиции, приходить к соглашению по спорным вопро­сам, вырабатывая умеренную, благоразумную политику. Для предотвращения давления со стороны законодательной власти республиканскому правительству потребуется также независи­мый, решительный президент, обладающий полномочиями, не­обходимыми для проведения в жизнь законов и сохранения сво­боды действий правительства. Мэдисон стремился избежать опасности появления безответственного тирана, пользующегося неограниченной властью. Он полагал, что если президента будут выбирать раз в четыре года на собрании коллегии избирателей, то он не будет выступать с демагогическими, популистскими при­зывами ради поддержания своей власти. Основанием его власти будут заложенные в принятой конституции формально-правовые нормы. Кроме того, Мэдисон стремился избежать и тирании на­рода. По его мнению, народ время от времени дает волю «собст­венным преходящим ошибкам и заблуждениям». Народ и прави­тельство должны контролировать друг друга. Народный разум должен держать под контролем лидеров правительства, а прави­тельственным чиновникам надлежит смерять волнения народа. Посредством таких конституционных установлений, как федера­лизм, разделение властей и всенародные выборы в палату пред­ставителей, система правления в Соединенных Штатах могла, по мнению Мэдисона, обеспечить необходимое равновесие между эффективным руководством и согласием граждан. Тем самым бу­дет создано свободное и стабильное правительство. Когда поли­тические институты обеспечат согласование классовых интере­сов, появятся изменения к лучшему12.


Пред. статья След. статья
крипацтво це