Аграрные и индустриализирующиеся системы


В условиях аграрных и индустриальных бюрократических авто­ритарных систем над социальными группами господствует госу­дарство. Власть принудительная превуалирует над властью кон-сенсуальной. Хотя районы и поселения сохраняют некоторую до­лю независимости от центрального аграрно-бюрократического правительства, военные, полиция и государственные чиновники осуществляют централизованную власть над всей промышленно развитой системой. В системе аграрного типа единоличный пра­витель — король, император или султан — координирует полити­ку. Социальный плюрализм позволяет лишь немногим элитар­ным группам влиять на ход политического процесса. Церковь и землевладельческая аристократия достаточно независимы от аг­рарно-бюрократического аппарата управления, сфера деятельно­сти которого ограничивается вопросами обороны, международ­ными отношениями, поддержанием порядка в стране и сбором налогов. При госкапитализме в рамках индустриализирующегося режима определенной самостоятельностью обладают частные корпорации — как отечественные, так и транснациональные. Ра­бочим, фермерам, мелким предпринимателям и религиозным институтам не хватает организующей силы для того, чтобы зая­вить о своих групповых интересах языком государственной поли­тики. Гражданские служащие при участии частного бизнеса за­нимаются различными видами деятельности, включая оборону, создание экономической инфраструктуры, привлечение капита­ловложений в промышленность, расширение экспорта и регули­рование заработной платы.

В условиях ограниченного плюрализма в рамках данной сис­темы партии играют на политической арене весьма скромную роль. В существовавшем вплоть до XX в. аграрном подтипе пар­тии, как правило, отсутствовали. Индустриализирующийся бюрократический авторитарный режим сковывает свободу дей­ствий партий. Они либо остаются под запретом, либо не имеют влияния.

Если аграрные бюрократические авторитарные режимы весь­ма умеренно поддерживают дипломатические, военные и торго­вые отношения с внешним миром, то промышленно развиваю­щиеся системы придают большее значение иностранным инсти­тутам. Для того чтобы получить военную и экономическую по­мощь, бюрократия часто ставит себя в зависимое положение от ведущих капиталистических стран, ТНК, МВФ и Всемирного банка, которые предоставляют ей инвестиции, кредиты, техниче­скую помощь и торговое сотрудничество. Часто возникает фрак­ционная борьба между индустриально-бюрократическими эли­тами, стремящимися снизить подобную зависимость, и осталь­ной администрацией, считающей, что наиболее эффективно осу­ществить индустриализацию можно лишь с помощью ТНК, МВФ и ведущих капиталистических стран.

К разряду главных политических принципов бюрократических авторитарных систем относятся коллективизм, преобладание ма­териальных интересов над духовно-нравственными ценностями и элитарные взаимоотношения между правителями и управляемы­ми. По сравнению с аграрным режимом индустриализирующаяся система опирается на материальную основу, отделяет материаль­ные интересы от нравственных ценностей, которые считаются менее важными. Промышленная бюрократия надеется на то, что оправданием их господства послужат быстрый экономический рост, снижение инфляции, повышение эффективности производ­ства, укрепление политической безопасности, стабильности и по­рядка. Несмотря на то что вожди аграрных систем объявляли себя властителями милостью Божьей, действительным обоснованием их права на власть было прежде всего установление порядка в стране, запасы продуктов питания и военные победы. Если аграр­ные администрации проводили политику, направленную на под­держку благосостояния знатных родов, королевских фамилий, кланов, каст, определенных этнических групп, то промышленные бюрократии считали главным направлением правительственной политики укрепление государства и нации, этих основных обще­ственных институтов. Аграрные и промышленные политические стратеги придерживаются элитарных, иерархических отношений между правителями и управляемыми. Согласно аграрной концеп­ции, политических лидеров следует выдвигать из класса землевла­дельцев, городской элиты или духовенства. В промышленно раз­вивающихся системах право на участие в управлении получают технократы, которые высоким уровнем образования и компетен­тностью подтвердили свой профессионализм.

В бюрократических авторитарных системах на поведенческом уровне правителей и управляемых разделяет политическая дис­танция. В то время как элита активно участвует в политическом процессе, массы остаются пассивными. Управление обществом может быть единоличным или коллегиальным. Аграрной систе­мой руководили традиционные правители, короли или импера­торы; государственную политику проводили администраторы, принадлежавшие находившейся в зачаточном состоянии бюрок­ратии. Выдвижение на руководящие посты зависело главным об­разом от личных связей с власть предержащими, а не от компе­тентности в соответствующей области. Личные отношения игра­ли более важную роль, чем потребности государства. В промыш­ленно развивающихся системах все большее политическое влия­ние приобретают профессионально подготовленные государст­венные служащие: инженеры, экономисты и плановики. Вместе с тем это не означало, что время единоличного правления закан­чивается, скорее оно трансформируется в «президентскую мо­нархию», которая старается с помощью личной инициативы и гибкости привести в движение жесткие административные меха­низмы. При таком подходе массы оставались политически пас­сивными, апатичными и пессимистичными. Страх перед наказа­нием со стороны карательных органов обычно удерживал кресть­янские массы от восстаний против крупных землевладельцев. Те же из крестьян, кто все-таки решался на борьбу, жестоко подав­лялись помещиками, их вооруженными отрядами, а также прави­тельственными войсками. Поэтому для выражения недовольства крестьяне прибегали к таким формам пассивного сопротивле­ния, как уклонение от налогов, браконьерство, мелкое воровст­во, поджоги и саботаж. В индустриализирующихся бюрократиче­ских авторитарных режимах бюрократия управляет промышлен­ными рабочими и наемными сельскохозяйственными работни­ками. Возникающие время от времени забастовки, демонстрации и митинги подавляются с помощью сильного военно-полицей­ского аппарата. Только в случае разрушения государственных ме­ханизмов принуждения крестьяне, рабочие и радикальная буржу­азия — учителя, студенты и интеллигенция — политически акти­визируются, что необходимо для организации движения за преобразования в рамках индустриализирующегося бюрократиче­ского авторитарного режима3.

Неразвитость ролевой специализации не позволяла быстро осуществлять социальные преобразования в аграрной системе, но сам процесс индустриализации создавал основу для более спе­циализированной бюрократической авторитарной системы. При всей своей административной ригидности бюрократическое правление часто способствует социальным преобразованиям. Так, для предотвращения иностранного вторжения необходимо усилить государственную власть, вооруженные силы и промыш­ленный сектор. По мере того как государственными чиновника­ми создаются новые школы и готовятся новобранцы для армии, образование получает все большее распространение. Бюрократи­ческое государство превращается в главный инструмент управле­ния обществом и устранения традиционных препятствий, сто­ящих на пути модернизации.

Рассмотрев ниже три азиатские политические системы, мы сможем лучше понять, каким образом индустриализирующийся бюрократический авторитарный режим делает возможным уско­рение темпов социальных преобразований и расширение сферы их действия. Олицетворением аграрной бюрократической автори­тарной системы являлся конфуцианский Китай. Центр азиатско­го мира, Срединное царство, представлял собой средоточие тех ценностей, которые определили своеобразие процесса индустри­ализации в таких странах, как Япония, Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг. Хотя правителям династии Цин и не удалось добиться в XIX в. быстрого экономического роста, определенные конфуци­анские ценности — групповые обязанности, самоотречение, це­леустремленность, знания, долгосрочное планирование — оказа­ли влияние на экономическое развитие Японии эпохи Мэйдзи* (1868—1912). Япония в этот период, начавшая индустриализацию в конце XIX в., являла собой прототип современной бюрократи­ческой авторитарной системы, такой, какая позднее возникла в Южной Корее в правление клики Пак Чжон Хи (1961—1979). За­имствуя определенные конфуцианские ценности у император­ского Китая и своеобразные политические стратегии у Японии периода Мэйдзи, Республика Корея достигла масштабных соци­ально-экономических преобразований: урбанизации, всеобщего образования, высокого уровня промышленного развития и даже относительного выравнивания доходов. Сопоставление данных трех бюрократических авторитарных систем прояснит причины того, почему преобразования в Японии эпохи Мэйдзи и в Южной Корее проходили более динамично, чем в конфуцианском Китае.


Пред. статья След. статья
смерди