Политическая глобалистика


В наши дни глобалистика и политическая наука все теснее взаимодействуют друг с другом. Это привело к возникновению нового научного направления – политическая глобалистика. Она исследует политические аспекты общечеловеческих проблем в целом; анализирует с позиции политологии отдельные планетарные проблемы и их взаимосвязи как с системой международных отношений, так и с конкретными направлениями мировой политики; изучает проявление глобальных проблем в конкретных регионах мирового сообщества и их влияния на развитие там политической ситуации; формирует теоретико-методологические основы политикоглобалистских исследований.

М. В. Ильин выделяет в историческом, эволюционном плане следующие типы организации развития и связанных с ними политик в широких масштабах всемирной экспансии Модерна:

1. Политики колонизации, отражавшие идею всеобщего распространения Просвещения;

2. Политики вестернизации, отразившие идею всеобщего внедрения политических стандартов Модерна, например, путем воспроизводства универсальных институтов (конституций, судов, партий и т. д.);

3. Политики демократизации, отражавшие идею всеобщего использования достижений Модерна;

4. Политики глобализации, отражающие идею синхронизации политического развития[204].

На исходе XIX века модель экстенсивной модернизации за счет колонизации (экстенсивного освоения) государствами своих «сред» - заморских «дикарей», собственных ли социальных периферий – и сосуществование с этими средами по большей части, в принципе, исчерпала свои возможности. Она оказалась лишенной резерва свежих, никем не затронутых зон модернизации, что и создало условия и новые факторы модернизации и политического развития в целом.

Внешние и внутренние колонии перестали быть простым привеском для импорта ресурсов и экспорта проблем компактных наций-государств, образуемых и управляемых политическим классом либеральных покровителей и опекунов незрелых для современности заморских или собственных «дикарей». Старые государства-попечители оказываются перед необходимостью интенсивно освоить экстенсивно включенные в государственные рамки немодернизированные периферии, переделать их из колоний в свои интегральные составляющие.

Политики демократизации[205], развернувшиеся тремя волнами в ХХ столетии, отмечены еще большей координацией. Основное противоречие данного этапа развития (первая половина ХХ века) составляет проблема участия, в первую очередь неготовых к восприятию стандартов Модерна масс населения (неполитических классов), образованных экстенсивным освоением немодернизированных периферий уже на предыдущей стадии развития. Во внутриполитическом отношении решение проблемы заключалось в институциональном утверждении современной демократии как формы массового политического участия и как способа формирования из политических и неполитических классов единой политической нации, а тем самым преодоления – хотя бы в принципе - жесткого раскола на управляемых и управляющих.

С началом ХХ столетия не только англо-саксонские страны-лидеры, но и Запад в целом постепенно начинает вступать в фазу зрелого Модерна, а сами процессы модернизации проявляются в характерной форме демократизации. Поднимается так называемая первая волна демократизации, влекущая существенные трансформации государственных институтов и способов их функционирования.

Функциональность ранней, ограниченной демократии первой волны заключается в охранительной и воспитывающей роли государства; оно по необходимости присваивает себе новые функции, которые непосредственно не вытекают из императивов суверенитета. Возникает расширенное или большое государство. В его рамках складывается система специализированных институтов, включающая уже не только административные органы, но и многочисленные службы. Подобные институты создаются в результате преобразования прежних корпоративных или даже общинных структур, например, путем непосредственного огосударствления приходских институтов помощи и надзора в Скандинавии.

Окончание Второй мировой войны связана с реконсолидацией Запада, с началом второй волны демократизации. Обновляются структуры государственной власти и функции, развивается «социальное государство» - более совершенная и эволюционно продвинутая версия сильного государства. Отличие социального государства от государства-опекуна заключается в возросшем значении обратных связей и, соответственно, воздействии граждан и их расширяющегося корпуса, их ассоциаций и вообще институтов гражданского общества на государство и его институты. В это время усложняется сфера внегосударственной публичности, широкое развитие получают так называемые гражданские инициативы. Это, по сути, новое явление, демонстрирующее иной тип политического поведения. В некоторых случаях гражданские инициативы берут на себя непосредственное решение тех или иных социальных задач. В других - предлагают конкретные пути решения и выступают в роли инициативных первопроходцев, подающих своего рода пример.

На этом этапе происходит, во-первых, становление интеграционных межгосударственных образований, которые строятся не на соединении совокупной суверенной мощи государств, как это было в рамках договоров и союзов XIX века, или даже в таком объединении как Лига Наций, а на интеграции отдельных специализированных функций современных государств; во-вторых, появление таких феноменов как «постматериалистические» ценности м «новый космополитизм». Данный социальный слой может служить своего рода проводником идей глобализации и поставлять кадры для новых институтов, возникающих на транснациональном уровне.

Все подобные изменения указывают на появление признаков общечеловеческой общности, что проявляется в некоторых элементах общего образа жизни и общения (Интернет, международные путешествия, туризм и т. п.), а также в соответствующих культурных образцах и ценностях – вплоть до так называемых общечеловеческих ценностей.

В целом, таким образом, можно говорить о вступлении мирового сообщества в фазу глобализации. Есть основания утверждать, что третья волна демократизации позволяет создавать альтернативные институты и институциональные комплексы демократического участия в управлении, которые можно рассматривать как своего рода зародышевые эволюционные формы контроля над развитием.

Таки образом, можно констатировать, что следующим трендом современного политического процесса является глобализация. Кратко рассмотрим проблему глобализации через призму теории политического процесса.

Многие политологи отождествляют процесс модернизации с демократической модернизацией или с процессом демократизации политической системы данного общества. Это объясняется тем, что понятие Современности (Модерна) стало восприниматься людьми как особое качество социальной жизни, когда человек обретает определенную свободу, становится творческой личностью. Основным гарантом этой свободы и творчества, по мнению исследователей, является демократический тип организации политических властных отношений.

Французский исследователь Б. Бади выделяет три измерения глобализации:

· Глобализация как постоянно идущий исторический процесс;

· Глобализация как гомогенизация и универсализация мира;

· Глобализация как разрушение национальных границ[206].

Первое измерение глобализации подробно анализирует наш соотечественник Э. Азроянц[207]. Он утверждает, что человечество – глобальная, предельная совокупность населения Земли: глобальная – по своей всеобщности, идентичности и взаимной связанности входящих в нее людей; предельная – в силу отсутствия за «контурами» этой совокупности существ, которые были бы подобны входящим в ее состав.

Основной элемент Человечества – Человек, а само Человечество входит в структуру более сложного организма – Земли, организма который принято называть внешней или природной средой. Систему Человек – Человечество – Земля, рассматриваемую как естественно возникшую иерархию, Э. Азроянц определяет понятием «Мегасоциум». Он включает в себя три системообразующих основания: Человек, структуры и механизмы социокультурного взаимодействия людей между собой и внешней средой. Мегасоциум понимается как сверхсложный организм, образованный всей глобально-предельной совокупностью людей, постоянно участвующих как во внутренних (собственно социальных и культурных), так и во внешних (с окружающим миром) взаимосвязях и взаимодействиях.

Как и любой другой организм, Мегасоциум имеет свой индивидуальный жизненный цикл: зарождение – рост – развитие – умирание. Т. о., процесс зарождения, роста и развития Мегасоциума, т. е. реализация жизненного цикла Мегасоциума, называется глобализацией.

В основе глобализации как исторического явления, по мнению Э. Азроянца, лежит тенденция к все большему «расширению» того пространства, на котором происходит интенсивное взаимодействие – от отдельных деревень, городов, княжеств к государствам, регионам и через Эпоху Великих географических открытий к миру в целом. Он выделяет следующие этапы глобализации как исторического процесса: родовой; племенной; этнический; имперский (государства древнего мира); монархический; колониальный; национальный; интернациональный.

Глобализация – сложный и неоднозначный процесс. В ходе исторического развития он шел нелинейно и вовсе не предполагал простого присоединения новых периферийных территорий к неизменному центру. Можно говорить о пульсирующем характере этого процесса. Дж. Модельски выделяет две фазы этого процесса:

· Фаза централизации, когда формируется центральные зоны мировой системы;

· Фаза децентрализации, когда периферия становится главенствующей[208].

В основе второго измерения глобализации (по Б. Бади) Э. Азроянц видит одну из фундаментальных тенденций антиномичного процесса развития мира – интеграцию. Она характеризуется стремлением к гомогенности и, как правило, реализуется путем повышения уровня организации и усложнения иерархии той или иной системы.

Третье измерение глобализации получило яркое подтверждение в Западной Европе, где, начавшись с создания в 1951 году Европейского объединения угля и стали, процесс интеграции в концу ХХ века привел к созданию Европейского союза – мощнейшей наднациональной структуры, занимающейся уже среди прочего и координацией внешней политики стран-членов ЕС.

Обобщая все ранее сказанное можно сказать, что глобализация – это процесс, в ходе которого большая часть социальной активности приобретает мировой характер, в котором географический фактор теряет свою важность или становится незначительным в установлении и поддержании трансграничных экономических, политических или социокультурных отношений.

В современных общественных науках ведутся споры о преимуществах и недостатках глобализации. Говоря о положительных моментах, как правило, подчеркивают следующее:

· Глобализация вызвала обострение международной конкуренции. Конкуренция и расширение рынка ведут к углублению специализации и международного разделения труда, стимулирующих, в свою очередь, рост производства не только на национальном, но и на мировом уровне;

· Экономия на масштабах производства, что потенциально может привести к сокращению издержек и снижению цен, а следовательно, к устойчивому экономическому росту;

· Выигрыш от торговли на взаимовыгодной основе, удовлетворяющей все стороны, в качестве которых могут выступать отдельные лица, фирмы и другие организации, страны, торговые союзы и даже целые континенты;

· Повышение производительности труда в результате рационализации производства на глобальном уровне и распределения передовой технологии, а также конкурентного давления в пользу непрерывного внедрения инноваций в мировом масштабе[209].

В целом преимущества глобализации позволяют улучшить свое положение всем партнерам, получающим возможность, увеличив производство, повысить уровень заработной платы и жизненные стандарты. Конечным результатом глобализации должно стать общее повышение благосостояния в мире.

Но вместе с тем процесс глобализации чреват негативными последствиями и потенциальными проблемами. Например:

· Несправедливое распределение благ от глобализации порождает угрозу конфликтов на региональном, национальном и интернациональном уровнях;

· Потенциальная региональная или глобальная нестабильность из-за взаимозависимости национальных экономик на мировом уровне;

· Подрыв национального суверенитета;

· Безработица, подрыв системы социальной защиты в экономически развитых странах с высоким уровнем заработной платы;

· Разрушение традиционных укладов в бедных станах;

· Глобальные взаимосвязи чреваты глобальными экологическими бедствиями.

Ответом на процесс глобализации стало новое социальное движение «антиглобализм» – коалиционное по сути, транснациональное по своим масштабам и характеру, направленное против политики экономической глобализации. Одной из первых подобных международных коалиций была «Юбилей - 2000», выступавшая за отмену долгов развивающихся стран. Во Франции возникло движение АТТАС, выступавшее за регулирование транснациональных финансовых потоков. Это движение выступает под лозунгами: справедливость, солидарность, демократия, экономические и социальные права, самоуправление, здоровья окружающей среды, культурное разнообразие и т. д. Антиглобалисты, в своем большинстве, добиваются прозрачности в деятельности международных финансовых учреждений, более справедливого распределения расходов, увеличения налогов на экспорт и импорт капитала, включения в торговые соглашения положений, предусматривающих соблюдение норм трудового права и защиту окружающей среды, сокращения долгового бремени для развивающихся стран.

Таким образом, глобализация, с одной стороны, превращается в источник напряженности и политической нестабильности, а с другой – в источник взаимосвязей, в «поле которой плавятся и изменяются константы политического мира»[210].

По мнению ряда зарубежных авторов, глобализация, с одной стороны, и глобальные проблемы, с другой, подрывают положения, на которых базировалась государство-нация и в первую очередь – суверенитет. «Государство является одновременно и слишком большим, и слишком маленьким, чтобы иметь дело с многими из наиболее неотложных вызовов окружающей среды: слишком большим, чтобы и предложить жизнеспособные стратегии устойчивого развития, которые могут быть разработаны лишь снизу, и слишком малым, чтобы эффективно решать глобальные проблемы, которые по своему характеру требуют все более и более многосторонних форм международного сотрудничества»[211], - отмечает Э. Харелл в работе «Международная политическая теория и глобальная окружающая среда». Далее она отмечает, что фрагментарная система суверенных государств стала препятствием на пути к эффективному и справедливому управлению взаимозависимым миром вообще и глобальной окружающей средой в частности.

В самом общем виде суверенитет можно определить как системную характеристику (со)существования государств и их сред(ы) в условиях модернизации, формирования сети множественных властных авторитетов, их признания друг другом, актуализации властных функций и последующего (рефлексивного) их делегирования на другие уровни. Полное представление о суверенитете требует его «доопределения» за счет территориальности, границ, конституций, легитимности и многого другого. Отдельное государство может считаться суверенным лишь при условии его соответствия общей системной характеристике, однако сама эта характеристика, т. е. суверенитет, есть принадлежность всей политической системы Модерна, а не отдельного взятого суверена – властного территориального авторитета, обладающего монополией на принуждение и насилие. Суверенов много, но суверенитет один. Он их объединяет и делает не только суверенными (правомочными), но и современными (правовыми).

Обоснованность подобного рода системной характеристики не только может быть подтверждена в нынешних условиях, но именно она и является структурной основой и международного права, и экспансии негосударственных агентов глобализации, да и всего современного правопорядка.

То, что обычно подразумевают под кризисом суверенитета, скорее следует рассматривать и интерпретировать как кризис особого типа государств. Их можно охарактеризовать как избыточные, перегруженные социальными, экономическими, культурными и прочими функциями, несвойственными государству по природе, а главное интегрировавшие не только граждан в виде подданных, но также домохозяйства, корпорации, локальные и региональные политики и т. д. Одним из проявлений глобализации стала «разгрузка» государств, переход от избыточности к их нормальному функционированию как инструментов подержания правопорядка в рамках национальных территорий и за их пределами.

Трансформация национально-государственной структуры мира в условиях глобализации может происходить в следующих направлениях:

1. Новый колониализм, т. е. поглощение более слабых государств более сильными;

2. Формирование глобальных сверхфедераций по типу Европейского Союза.

Анализ современных глобализационных тенденций позволяет нам сделать следующий вывод: процесс глобализации пронизан следующими противоречиями:

1. Между объективным процессом сближения разных стран и народов, как исторической тенденцией, развивающейся под воздействием общего хода научно-технического прогресса, и стремлением определенных кругов мировой элиты установить свою гегемонию над всей планетой.

2. Между возникновением в ходе глобализации единого мирового экономического пространства и делением мира на ядро и периферию.

3. Между интересами ядра («золотого миллиарда»), стягивающего к себе финансовые ресурсы и опутывающего мир долговой кабалой, и интересами периферии, стремящейся использовать единое пространство для выравнивания своего экономического развития.

4. Между становлением единого экономического пространства и возникновением мощных региональных блоков, каждый из которых сохраняет свою собственную модель развития и стремится к ее распространению. Это Североамериканско-английский блок, Европейский Союз, Азиатско-тихоокеанский регион, где возрастает доминирующая роль Китая.

5. Между объективной тенденцией к росту производства и производительности и тенденцией к возрастанию поляризации потребления производимых благ. Сюда же примыкают противоречия между создаваемыми глобализацией возможностями повышения жизненного уровня всего человечества и неограниченными возможностями расточительного потребления высших элитных слоев.

6. Между растущей эффективностью мировой экономики и соревновательным снижением жизненного уровня огромного большинства трудящихся во имя повышения конкурентоспособности на едином мировом экономическом пространстве. С этим связано выравнивание «вниз» социальных условий и отход от концепции «государства всеобщего благоденствия».

7. Между эффективностью свободного передвижения капитала и возникающей на этом фоне разрушительной спекулятивной деятельностью финансового капитала.

8. Между выгодами, получаемыми странами «золотого миллиарда» от установления западной гегемонией над миром, и размыванием их внутренних социально-экономических и даже цивилизационных основ, - массовый приток цивилизационно-чуждых потоков эмигрантов, деиндустриализация (вследствие переноса производства в регионы с более дешевой рабочей силой), внутренняя социальная поляризация, гегемония финансового капитала и виртуального сектора над промышленным капиталом и реальным сектором, вызревание на этой основе системного цивилизационного кризиса.

9. Вместо взаимного культурного обогащения происходит процесс культурной нивелировки по наиболее низким стандартам поп-культуры. Вместо разнообразных систем ценностей, присущих каждой цивилизации, происходит установление единой шкалы ценностей, где все измеряется деньками и наживой. Человечество теряет свое многообразие, являющееся залогом его выживания при встрече с неожиданными вызовами будущего.

10. Между возрастающей по мере установления единого экономического пространства потребностью в стабильности и объективно возникающей в ходе этого процесса способностью к быстрому распространению локальных очагов нестабильности на все единое пространство.

11. Между объективной необходимостью существования и укрепления евразийского моста между западными и восточными цивилизациями и продолжающимся распадом того моста после поражения СССР в ходе холодной войны.

12. Между объективной необходимостью возникновения глобального планетарного сообщества, как единства многообразных цивилизаций, и фактически возникающим однополюсным миром, в котором доминирует западная цивилизация во главе с США.

Решение данных противоречий составляет суть современного политического процесса.

Итак, глобализация является объективной тенденцией общественного развития, затрагивающая все сферы человеческого существования, в том числе и политическую. Не верно понимать глобализацию как процесс распространения установок и ценностей западной цивилизации на все остальные регионы мира. Такое понимание является сутью глобализма, то есть некой квазиидеологией, политикой, проводимой в интересах «золотого миллиарда», в интересах определенных транснациональных социальных групп. Глобализация как общемировая тенденция имеет несколько сценариев, одни из которых является глобализм, другим – исламский фундаментализм, третьим - дальневосточная «тихая» экспансия.


Пред. статья След. статья
запорозькі січі перелік