Современные информационные войны


Говоря об особенностях информационных войн в XXI в., следует отметить все большее их распространение и возрастающее значение в планах западных политиков. С переходом от индустриального обще­ства к информационному значительное внимание уделяется новейшим видам так называемого «гуманного оружия», т. е. «несмертельным видам оружия и технологиям ведения войн». К ним относятся инфор­мационное, психотронное, экономическое, консциентальное оружие и пр. Особое место среди них занимает информационное оружие и тех­нологии ведения информационной войны. По результативности ин­формационное оружие приравнивается к оружию массового пораже­ния.

В вооруженных силах НАТО, особенно США, планируют с помо­щью применения информационного оружия и проведения психолого­пропагандистских операций в войнах XXI в., направить в нужное рус­ло геополитическое и цивилизационное противоборство основных центров формирующегося многополярного мира. Подобные установки и деятельность США лишь подтверждают вывод о том, что самой по­разительной чертой мира после холодной войны стала его однополяр- ность. И так как «американское превосходство» будет сохранять дос­таточно долго в XXI в., то подобные установки на целенаправленное формирование будущего многополюсного мира вполне закономерны. И если «биполярный мир не только запугивал ядерным столкновени­ем, но и распределял ответственность за status quo в мире. Постбипо - лярный мир становится еще в большей степени «непредсказуемым».

В настоящее время осуществляется глобальная информационно­культурная и информационно-идеологическая экспансия Запада, осу­ществляемая по мировым телекоммуникационным сетям (например. Интернет) и через национальные средства массовой информации. Возникает необходимость защиты национальных информационных ресурсов и сохранения конфиденциальности информационного обме­на по мировым открытым сстям, так как на этой почве могут возни­кать политическая и экономическая конфронтация государств, новые кризисы в международных отношениях. Поэтому неудивительно, что проблема информационной безопасности из чисто специальной облас­ти переходит в область глобальной проблемы и область социальной защиты прав человек и общества.

Атакующим информационным оружием сегодня можно назвать:

• компьютерные вирусы, способные размножаться, внедряться в программы, передаваться по линиям связи, сетям передачи данных, выводить из строя системы управления и т. п.;

• логические бомбы — программные закладные устройства, которые заранее внедряются в информационно-управляющие центры воен­ной или гражданской инфраструктуры, чтобы по сигналу или в ус­тановленное время привести их в действие;

• средства подавления информационного обмена в телекоммуника­ционных сетях, фальсификации информации в каналах государст­венного и военного управления;

• средства нейтрализации тестовых программ;

• различного рода ошибки, сознательно вводимые противником в программное обеспечение объекта.

Универсальность, скрытность, многовариантность форм программ­но-аппаратной реализации, радикальность воздействия, достаточный выбор времени и места применения, наконец, экономичность делают информационное оружие чрезвычайно опасным: оно легко маскирует­ся под средства защиты, например, интеллектуальной собственности; оно позволяет даже вести наступательные действия анонимно, без объявления войны. Поэтому задача нейтрализации информационного оружия, отражения угрозы его применения должна рассматриваться как одна из приоритетных задач в обеспечении национальной безо­пасности страны. Предполагается, что для предотвращения или ней­трализации последствий применения информационного оружия могут оказаться действенными следующие меры: защита материально - технических объектов, составляющих физическую основу информа­ционных ресурсов; обеспечение нормального и бесперебойного функ­ционирования баз и банков данных; защита информации от несанк­ционированного доступа, искажения или уничтожения; сохранение качества информации (своевременности, точности, полноты и необхо­димой доступности).

Создание технологий обнаружения воздействий на информацию, в том числе в открытых сетях, — это естественная защитная реакция на появление нового оружия. Экономическую и научно-техническую политику подключения государства к мировым открытым сетям сле­дует рассматривать не ранее, как решив вопрос национальной инфор­мационной безопасности. Ведь в постиндустриальном обществе ин­формация не просто товар, а грозное оружие. Надзор за информацией не уступает военному или экономическому контролю. Поэтому овла­дение информационной средой и центрами производства гуманитар­ного продукта массового потребления — стратегическая задача всякой силы, претендующей на власть.

«К тому же не следует забывать, что, по мнению психологов, крити­чески усваивать информацию способны 15—25 % населения, 75 % людей обладает повышенной внушаемостью. Из этого следует вывод о том, что применение современных способов массовой информации обеспечивает управляемость обществом. Особенно актуальны про­блемы защиты собственных информационных ресурсов в открытых сетях для стран, которые технологически отстают в области информа­ционных и телекоммуникационных технологий от США или Западной Европы. А сегодня мы видим, что в области высоких технологий на долю США приходится 35,8 % мировых расходов на инновации в этой сфере, на Японию — 17,6 %, Германию — 6,6 %, Великобританию — 5,7 %, Францию — 5,1 %, Китай — 1,6 %. Можно говорить, что Аме­рика инвестирует в высокотехнологическис области больше, чем вся Европа, взятая вместе...». В то же время на долю развивающихся стран приходится всего 1 % от мировых расходов в области высоких технологий.

Запретить разработку уникальных средств познания, которые ис­пользуются и как информационное оружие невозможно. Поэтому се­годня определенно ясно, что в XXI в. миру будет угрожать совершен­но новые, бескровные, войны с применением информации. В разряде же информационных войн особую опасность представляет консциен­тальная война, т. е. война сознаний. В этой войне психологическое воздействие может осуществляться «непосредственно на сознание, коллективную психику общества, изменяя поведенческие процессы». В результате консциентальной войны определенные типы сознаний должны быть уничтожены, перестать существовать. В настоящее вре­мя эта война направлена на разрушение общественного сознания, со­стояния духовности народа. Можно говорить о том, что из сознания народов постсоветских государств последовательно вытравливаются такие качества, как патриотизм, честь, братство людей... Вместо этого культивируются жесткость, насилие... Идет целенаправленное унич­тожение исторической памяти народа и его будущего.

Можно выделить пять основных способов поражения и разрушения созна}шя в консциентальной войне:

1. Поражение нейро-мозгового субстрата, снижающее уровень функционирования сознания, может происходить на основе действия химических веществ, длительного отравления воздуха, пищи, направ­ленных радиационных воздействий.

2. Понижение уровня организации информационно - коммуникативной среды, в которой функционирует и «живет» созна­ние па основе ее дезинтеграции и примитивизации.

3. Оккультное воздействие на организацию сознания путем направ­ленной передачи мыслеформ объекту поражения;

4. Специальная организация и распространение по каналам комму­никации образов и текстов, которые разрушают работу сознания (ус­ловно может быть обозначено как психотропное оружие).

5. Разрушение способов и форм идентификации личности по отно­шению к фиксированным общностям, в целях изменения форм само­определения вплоть до деперсонализации.

Воздействие, направленное на изменение и преобразование устойчи­вых связей и стереотипов мышления осуществляют средства массовой информации, и телевидение. Именно в этой области происходят сего­дня все основные действия по разрушению российско-русского типа постсоветского сознания. Особенно социально вредным в этом плане является монополизация средств информации. Основная цель консци­ентальной войны по отношению к России: диаспоризация российского народа, фрагментация региональных и социально-стратовых общно­стей на основе разрушения всех существующих связей и стереотипов. Аналогично выстраиваются цели в этой войне и по отношению к Беларуси.

Конечная цель использования консциентального оружия — изъятие людей из сложившихся форм мсгаобщностей. Разрушение ментально­сти народа и превращение его в население происходит за счет того, что никто больше не хочет связывать и соотносить себя с тем полити­ческим этносом, к которому до этого принадлежал. Разрушение сло­жившихся связей и стереотипов мышления нацелено и на разрушение механизмов включения человек в существующие общности и замена этих, эволюционно-естественно сложившихся общностей, одной пол­ностью искусственной — общностью зрителей вокруг телевизора, по­скольку в этом случае на него можно направленно и устойчиво воз­действовать, навязывая ему при этом «чужую информацию». Консци­ентальное оружие может быть эффективно использовано в самых раз­ных войнах. Его основная функция состоит в том, чтобы разложить и уничтожить народ неугодной страны, чтобы он перестал существовать как народ, разделившись на индивидов.

Консциентальная война не может широко осуществляться в усло­виях вооруженной борьбы государств. В этих условиях консциенталь­ная война будет помогать противнику лишь выявлять беспринципных людей, склонных к предательству. А вот в обстановке формального мира и так называемых локальных войн консциентальная война весь­ма эффективна.

Переориентация во взглядах на проблемы войны и мира еще больше требует полного и безоговорочного отказа от войны как средства ре­шения международных конфликтов. Такой именно подход характерен для докладов, подготовленных еще в начале 90-х гг. Институтом все­мирной вахты. А президент этой организации Лестер Браун прямо утверждает о том, что у мира нет возможности наращивать вооруже­ния и одновременно решать глобальные проблемы.



Пред. статья След. статья
походження словян