ГлавнаяКниги о политологииПолитические переговоры (учебное пособие): И.А. ВасиленкоТринадцатая стратагема: «Бить по траве, чтобы вспугнуть змею»

Тринадцатая стратагема: «Бить по траве, чтобы вспугнуть змею»


На политических переговорах тринадцатая стратагема направлена на то, чтобы оказать влияние на оппонентов с помощью косвенного предостережения, запугивания или какого-либо провокационного высказывания или поступка. Другими словами, должен прозвучать предупредительный выстрел для создания у ваших партнеров по переговорам ощущения тревоги. Именно в этом смысл данной стратагемы, которую еще называют «стратагемой провокации». Одна из первых ее интерпретаций встречается в китайской буддийской литературе. Интересно, что буддийским педагогическим средством, применяемым к неофитам, была палка для ударов, вызывающая просветление. Исполосованное ударами палки тело уподоблялось траве, из которой появлялась уподобляемая змее душа, доселе погруженная в Мирские мечты: «Я бью по траве, и змея ужасается».

Интерпретации этой стратагемы присутствуют и в конфуцианских легендах. Одна из историй конфуцианского труда «Цзо-чжуань» (625 г. до н. э.) гласит, что некий принц был встревожен слухами о том, будто Царь хочет завещать престол другому наследнику, и спросил у своего Учителя, нельзя ли как-нибудь выяснить истину. Учитель дал ему оригинальный совет: «Пригласи на пир сестру царя и обращайся с ней непочтительно».

Принц последовал совету. Дама, с которой он был недостаточно обходителен, разгневалась и закричала: «Ах ты, грубиян, не зря царь хочет тебя убить и вместо тебя назначить наследником другого!» Убедившись, что слухи оказались правдивыми, принц вскоре устроил переворот и убил царя, унаследовав его власть.

В приведенном примере «битье по траве» — намеренная невежливость принца, а «вспугнутая змея» — рассерженная этой невежливостью и потому выдавшая тайну царская сестра.

Таким образом, на переговорах в случае необходимости следует стимулировать в партнерах определенные поступки, иногда с помощью косвенных угроз или, напротив, с помощью провокационных приглашений к действию. Эта политическая тактика широко применяется в военном искусстве. Известен случай во время Суэцкого кризиса 1956 г., когда англо-французская армия во время операции по высадке в Порт-Саиде использовала фальшивых десантников из дерева и резины. Египетская армия приняла их за настоящих и начала операцию по окружению и уничтожению, тем самым обнаружив свою огневую и живую мощь. В результате воздушные силы Англии и Франции нанесли египтянам тяжелые потери.

В Китае политика провокаций широко используется для выявления внутренних врагов. Так, в период «культурной революции» 1950-х гг. с целью выявления враждебных элементов в КПК было спровоцировано движение «Пусть расцветают все цветы, пусть соперничают все ученые», направленное на свободное выражение мнений. Движение вызвало большой отклик в среде интеллигенции, которая стала бурно выражать свое несогласие с политикой правительства. После этого начались ре­прессии, и выявленные недовольные были ликвидированы.

Однако на политических переговорах более уместна риторическая хитрость, под которой подразумевается стремление в критическом разговоре на переговорах не высказываться самому, а короткими замечаниями побуждать высказаться оппонентов. Поток речи партнеров по переговорам также с легкостью можно пресечь немногими провоцирующими словами и по реакции узнать их истинные намерения. При этом ни в коем случае нельзя самому разражаться нотациями, поскольку оппоненты тогда получат возможность вернуться к спокойному изложению и сокрытию задних мыслей. При таком подходе к переговорному процессу «бить по траве» — значит высказывать раздражающие оппонентов замечания, а «вспугнутая змея» — партнеры по переговорам, спровоцированные на подробные объяснительные речи. Известным мастером словесных провокаций был Л. Д. Троцкий. Во время переговоров по Брестскому миру в 1918 г. он выступил с заявлением, ставшим уже хрестоматийной провокацией: «Ни мира, ни войны, а армию распустить».

Не менее известен провокационный стиль изречений А. Гитлера во время политических переговоров и в общении со своими соратниками по партии. Г. Киссинджер, описывая манеру поведения Гитлера, подчеркивает его демагогическое мастерство и манию величия, которые были «двумя сторонами одной медали». Связывая поражение Германии с предательством, еврейским заговором и отсутствием воли, Гитлер до конца своих дней отстаивал провокационный тезис о том, что «Германия может быть побеждена лишь собственными силами, а не силами иноземцев». Эта тема была предметом его постоянных отупляющих монологов и одержимой риторики.

С помощью «стратагемы провокации» оппонентов на политических переговорах можно обескуражить, взволновать, довести до крайних высказываний, которые легко опровергнуть или выставить неправдоподобными. Об этом пишет А. Шопенгауэр в своей «Диалектике спора»: «Противоречие и ссора побуждают к преувеличенным утверждениям. Таким образом, мы можем, противореча врагу, побудить его к высказыванию в преувеличенном виде чего-либо, что он считает истиной; мы же, опровергнув это преувеличение, будем выглядеть так, как если бы опровергли само подразумеваемое утверждение». Однако Шопенгауэр при этом предостерегает от опасности самим попасться на провокацию противоречиями и перейти к преувеличенным или чересчур сильным утверждениям. Ведь известно, что язык спорщика не всегда усмиряется чисто риторическими средствами.

Как и всякая уловка, «стратагема провокации» при неумелом использовании может обратиться против своего автора и растревожить «осиное гнездо». В таком случае она может оказаться предупреждением для оппонентов на переговорах, побуждающим их воздержаться от решительных действий и заключения соглашения, что вообще чревато срывом переговоров. Поэтому нельзя действовать опрометчиво, Необходимо как следует подготовиться, чтобы провокация не навредила переговорному процессу.

Здесь уместно напомнить остроумную интерпретацию выражения «Бить по траве, чтобы вспугнуть змею» испанского философа XVII в.

Б. Грациана в «Настольном оракуле всемирной мудрости»: «Шарит, по кустам, чтобы приблизительно выяснить, что там может быть, в особенности если вы не уверены в успехе поисков. Таким образом можно всегда обеспечить себе выход, поскольку в любой момент можно и серьезно вступить в игру, и уклониться от этого. Осторожный человек всегда сначала подготовит почву намеками; этот метод незаменим для просителя, любовника и правителя».

Сегодня на политических переговорах к «стратагеме провокации» прибегают весьма часто. Особенно ее любят восточные политические лидеры. Так, президент Ирана М. Ахмадинежад, едва придя к власти, выступил с весьма провокационным заявлением, в котором призвал «стереть Израиль с лица земли» или по крайней мере перенести его подальше — хоть на Аляску, хоть в Европу.

Провокационно высказывался на первых этапах шестисторонних переговоров по урегулированию ядерной проблемы и северокорейский президент Ким Чен Ир. В 2003 г. он с вызывающей откровенностью заявил о запуске атомного реактора в Енбене и подготовке к переработке ядерных отходов с целью производства оружейного плутония. При этом он особо подчеркнул, что запущенный 5-мега-ваттный реактор способен производить достаточно плутония для одного или двух дополнительных ядерных зарядов в год. Заметим, что у Северной Кореи в то время уже было 8 тыс. топливных стержней. Другими словами, Северная Корея не стала делать никаких символических уступок американцам, выбрав путь нагнетания напряженности и провоцирования американцев. Достичь сближения позиций США и Северной Кореи на переговорах пока не удается.

Таким образом, «стратагема провокации» — весьма острое оружие, которое может как спасти положение, так и завести в тупик.


Пред. статья След. статья
диссидентство це