ГлавнаяКниги о политологииОсновы политологии (Курс лекций): Зеркин Д.П.Современные разновидности политической идеологии

Современные разновидности политической идеологии

Как бы ни были важны в политической жизни феномены политической психологии и массового сознания, идеология занимает одно из ведущих мест в структуре субъективного фактора политической деятельности. Конечно же, с таким утверждением сегодня не все согласятся.

Вопрос о соотношении идеологии и социально-политической и духовной жизни в настоящее время приобрел особую острому. Уже несколько лет в литературе и политике имеет хождение концепция де-деологизация.

Один из ее давних пропагандистов американский социолог Д. Белл в 1988 г. опубликовал работу «Конец идеологии. Еще раз». В послесловии к новому изданию 25 лет спустя после первого издания автор подтверждает свою приверженность концепции де-идеологизации. Д. Белл, в частности, пишет: «...всякая идеология обречена на саморазрушение, ...она застывшая мимикрия действительности, ипостась терминов, дающих ложную жизнь категориям...»6. Автор говорит о двух типах идеологий, которые в политике последних двух столетий боролись между собой. Один — мобилизующий, толкающий человека вопреки логике к действиям для удовлетворения эмоциональных запросов. Проявлением его был нацизм, а в настоящее время — воинствующий национализм. Второй тип идеологии — это идеология власти (тоталитарного режима). Такая идеология основана на терроре и насилии. Никакая система, считает Д. Белл, не может существовать без ее морального оправдания. Но если моральный порядок возможен без насилия и обмана, то это и означает поражение идеологии.

«Сейчас устранен исторический контекст этого термина и от него остается лишь полутень».

Аргументы Д. Белла далеко не безупречны, тем более, что они опираются главным образом на провалы той модели коммунистической идеологии, которая именуется сталинизмом.

Другой американский политолог Д. Истон считает тезис о «конце идеологии» мифом, который, по его мнению, на деле (по тексту — для США — Д-3.) маскирует безраздельное господство «консервативно-демократической идеологии».

Действительно, история еще не знала ни одной политической системы, которая бы не была связана с идеологическими ценностями.

Разве понимание даже таких общечеловеческих ценностей, как свобода и демократия, сегодня однозначно во всех уголках мира? Разве политическая символика, без которой не существует ни одна политическая система в мире, не несет на себе идеологическую окраску? Я уже не говорю, что и религия есть одна из форм идеологического сознания. Это подтверждают еще раз своим поведением верхи русской православной церкви, проявляющие немалую заинтересованность в демонтаже социалистической идеологии.

Призывы к деидеологизации в действительности выглядят лукавством. Ведь речь-то ведется, если имеется в виду наша страна, о переидеологизации (реидеологизации) политической жизни: замене социалистической идеологии марксистского толка иной по своему социальному характеру и направленности. Скажем, либерально-демократической, религиозной, антикоммунистической.

О деидеологизации нашего общества сегодня может говорить только тот, кто, закрыв глаза и уши, строит иллюзии будущей райской жизни.

И все же проблема деидеологизации существует. Во-первых, в том смысле, что во многих современных идеологиях проявляется тенденция к более широкому выражению общечеловеческих ценностей, всеобщего интереса человечества. А стало быть, к преодолению идеологической конфронтационности. Хотя, конечно, тенденция еще не означает полного упразднения противостояния идеологий. Во-вторых, проблема деидеологизации по отношению к нашему обществу означает задачу избавления общественно-политической системы от старых сталинистских, вульгарно-коммунистических идеологических оков и недопущения возведения новых — антикоммунистических, антисоциалистических, антинародных. Наивно думать, что только первые служили опорой для политического бесправия народа. Вторые — не менее опасны, что не раз показывала новейшая история.

Следовательно, разумный элемент в постановке вопроса деидеологизации политики состоит в требовании покончить с гиперидеологизацией, под каким бы предлогом она ни преподносилась, не допускать того, чтобы идеологические ценности превалировали бы над практическо-политическими, а тем более социально-экономическими, целями и действиями.

Ложность призывов к тотальной деидеологизации доказывается тем, что жизнь идеологических доктрин в современном мире отнюдь не прекращается, а продолжается. Подтверждением тому служит многообразие форм современных идеологий.

В отечественной и зарубежной литературе указывается на такие основные виды современных политических идеологий: коммунистическая (марксизм-ленинизм), социал-демократизм, неолиберализм, неоконсерватизм. Каждая из них характеризуется своими истоками, особенностями социальной базы, теоретико-мировоззренческих принципов и отстаиваемых социально-политических идей.

Прежде всего о марксизме и ленинизме. Не же - лая повторять того, что сказано в первых лекциях, отметим лишь некоторые, с моей точки зрения, существенные моменты.

Первое. Коммунистическая (социалистическая) идеология, безусловно, нуждается в критическом переосмыслении в свете современного мирового опыта кризиса модели государственного социализма, что делается самими марксистами в последние годы. Еврокоммунизм в западноевропейском коммунистическом движении в 70-е гг., концепция нового мышления в нашей стране представляют два направления освобождения общественно-политической мысли от догматизированного партийно-государственного марксизма-ленинизма. Речь не идет в данном случае о положительной или отрицательной оценке содержания новых взглядов. Констатируется сам факт позитивной критики данной идеологической системы.

Второе. В настоящее время не существует единой марксистской идеологии. Скорее можно говорить о различных вариантах интерпретации марксизма. Ленинизм — основной из них. Кроме него, следует назвать сталинизм и неосталинизм, маоизм и еврокоммунизм, различные концепции социализма. Речь идет о системе идеологических взглядов, а не о сущности диалектико-материалистической концепции объяснения истории.

Третье. Словосочетание «марксизм-ленинизм» не отражает реального содержания учения К. Маркса и концепций В. И. Ленина. Ленинизм — система философских, социально-экономических и политических взглядов, построенная на фундаменте марксистской диалектико-материалистической методологии, но отличающаяся по своему конкретному теоретическому и идеологическому содержанию от взглядов Маркса и Энгельса.

Основное в ленинизме — учение о социальной революции в России, диктатуре пролетариата и коммунистической партии как авангарде рабочего класса.

Сказанное, однако, не умаляет значения ленинизма в развитии мировой общественно-политической мысли и его вклада в социально-исторический прогресс. Стремление критиков ленинизма поставить знак равенства между ленинизмом и его сталинской ревизией не имеют научных оснований, а построено, скорее, на абсолютизации отдельных, хотя и существенных, положений и выводов В. И. Ленина, на полном игнорировании краеугольного принципа его взглядов — конкретно-историческом анализе конкретной ситуации.

Четвертое. Марксизм и ленинизм соединяют в себе стремление к объективности социальных теорий и партийную субъективность классовых идеологий. В этом их главное противоречие. Естественно, что они несут на себе ограниченности любой идеологии, коль скоро отстаивают миропонимание позиций одного класса, обусловленные социальным антагонизмом. Ни марксизм, ни тем более ленинизм, не были свободными от односторонностей конфронтационного типа культуры, господствовавшей в прошлую историческую эпоху. Отсюда произросли консервативно-догматические и религиозно-утопические представления о преобразовании современного общества, превращенные в составные элементы официального партийно-бюрократического сознания. Одна из основополагающих догм ленинизма — тезис об относительно скоротечном процессе строительства социализма в нашей стране при помощи завоевания государственной власти. Это оправдывало на практике лишь переход роли опекуна общества от капитала к государственно-партийной бюрократии, лишь замену капиталистической эксплуатации народных масс государственно-бюрократической, привело к тому, что человек стал придатком, «винтиком» господствующей политической системы, а не свободным индивидуумом, которому должна служить эта система.

Пятое. Ограниченности и заблуждения, присущие марксизму и ленинизму, в значительной степени носят конкретно-исторический характер, что свойственно любым социальным теориям. Нет ничего неожиданного в том обстоятельстве, что многое в современную эпоху развивается не так, как предвргде-ли основоположники данных теорий. Суть-то теоретических выводов подтвердилась: ход истории определяется объективными, специфическими для социума закономерностями. Клио — одна из муз, покровительница истории - не свободна от объективной необходимости. Социализм — потребность всемирно-исторического прогресса. Глубоко ошибочен подход к марксизму как к какой-то завершенной теоретико-идеологической системе, якобы не подверженной влиянию исторической практики. Прав был югославский философ П. Враницкий, хотя советские авторы его резко критиковали, писавший в 60-х гг.: «До сих пор марксисты часто только интерпретировали Маркса; сейчас же необходимо, думая об историческом и человеческом в духе Маркса, и в этом смысле вместе с Марксом, выйти за пределы Маркса»7.

Наконец, нельзя забывать о том, что долгое время было принято называть марксизмом-ленинизмом искусственно соединенные теоретико-идеологические взгляды, партийно-бюрократическую идеологию и массовое политическое сознание.

А их надлежит различать и разделять.

Социал-демократическая идеология. Ее исторический первоисточник - марксизм. Социальная база - преимущественно трудящиеся слои населения, интеллигенции и некоторая часть предпринимателей развитых капиталистических стран. В отличие от марксизма и ленинизма современный социал-демократизм идеология реформистского толка, за что он подвергался критике. Время показало, что социал-демократизм с самого начала своего возникновения был обусловлен уровнем экономического развития западноевропейских стран и спецификой их демократических и культурных традиций.

Социал-демократическая идеология не отличается от марксистско-ленинской по основной программной цели, социализму. Коренное размежевание данных идеологий проходит по линии понимания социально-экономических и политических основ социализма. Социал-демократы признавали и признают реальную возможность постепенной трансформации экономики и общественных отношений капитализма в социалистическое общество. В качестве инструмента социалистических преобразований признается государство, которое не отмирает, а должно «облагораживаться». Оно обладает относительной самостоятельностью от сферы экономики и потому способно активно воздействовать на последнюю. Все социал-демократы придерживаются общей линии — на познание непреходящего значения демократии и возможности реформирования существующего государства8.

Социал-демократы считают истоками своей идеологии рабочее движение, народно-освободительные движения, культурные традиции взаимной помощи и общественной солидарности народов, а также разнообразные гуманистические традиции. Основополагающими принципами социал-демократии являются свобода как результат «индивидуальных» совместных усилий, которые представляют собой две части единого процесса; справедливость, что означает «прекращение всякой дискриминации личности, а также равенство в правах и возможностях», освобождение от зависимости либо от владельцев средств производства, либо от тех, кому принадлежит политическая власть; солидарность как практическое выражение «общности человечества и чувства сострадания к жертвам несправедливости». В единстве эти принципы характеризуют модель общества, называемого демократическим социализмом. Он понимается как «постоянный процесс социальной и экономической демократизации и укрепления социальной справедливости»9.

Отмечу, что идеология социал-демократизма объективно отражает исторический генезис социалистической идеи в условиях западноевропейской политической культуры. В «Декларации принципов Социалистического Интернационала», в частности, говорится, что идея социализма «захватила воображение людей всего мира, способствовала возникновению и успешному развитию политических течений, решительным образом улучшила жизнь трудящихся и оказала влияние на ход событий в XX веке»9. В связи с этим удивляет невежество некоторых нынешних политических лидеров, спешащих не только разрушить имеющиеся в стране социалистические структуры, но даже предать анафеме саму идею социализма как якобы утопическую, придуманную В. И. Лениным и российскими коммунистами.

Говоря об экономических основах социализма, социал-демократия выступает за обобществление и общественную собственность в рамках смешанной экономики. Российские демократические реформаторы — вчерашние коммунисты и в этом пункте категорически не согласны с социал-демократами.

Идеологическая теория социал-демократов опирается на исторический опыт развития западноевропейских стран и исходит из признанных мировой социальной мыслью закономерностей интернационализации и глобализации международных отношений, взаимосвязи современного социального прогресса с технологической революцией и других.

В целом трудно сегодня не признать крупный вклад социал-демократии в теоретическое развитие и практическую реализацию ряда социалистических идей в условиях передовых западных обществ.

Однако идеология социал-демократизма также не избавлена от односторонностей, обусловленных партийной субъективностью. Они просматриваются, в частности, в абсолютизации опыта социалистического движения в развитых западноевропейских странах, в попытках распространить его на регионы с качественно иными условиями политической и духовной жизни. Идеология социал-демократии направляется в русло реализации провозглашенных ими идеологических принципов. Она противостоит и поныне коммунистической интерпретации идеи социализма. В декабре 1989 г. на съезде СДПГ ее ныне покойный лидер В. Брандт говорил: «Как главный противник коммунистов, социал-демократия в большей степени, чем все другие, была предназначена для идейной борьбы против них»10.

Социал-демократизм возрождается в нашей стране. В 1989 г. создана Социал-демократическая партия Российской Федерации. Ее идейные установки ориентированы на социальную демократию, плюрализм общественных и экономических отношений, многопартийность и конфедеративное строение государства.

Неолиберализм — современная форма либерализма (лат. liberalis — свободный) — идейно-политического течения, объединяющего сторонников буржуазно-парламентского строя и связанных с ним свобод в экономической, политической и других сферах жизни (см.: Философский энциклопедический словарь. С. 311).

Идеи классического либерализма восходят к эпохе буржуазных революций. В трудах основоположников либерализма Дж. Локка, А. Смита, И. Бента-ма, Дж. Милля, Г. Спенсера, Б. Констана были сформулированы исходные принципы политической системы, заменившей феодальные структуры власти. Прогрессивные концепции конституционного государства, разделения властей, идея свободных выборов всех институтов власти, требования обеспечения гражданских прав и свобод вошли в сокровищницу идеологии и политики революционной буржуазии и современной демократии. С момента рождения либерализма и на протяжении более чем двухвековой его истории в его арсенале ведущее место занимала идея предоставления полного простора частнособственнической инициативе и освобождения экономической деятельности от опеки государства.

Либерализм как идеология в дореволюционной России был представлен партиями либерально-демократического толка: Партией Народной свободы, или конституционных демократов (кадеты), Партией демократических реформ, Партией свободомыслящих. Так, в программе конституционных демократов фиксировалось требование установления конституционного порядка: равенства всех граждан перед законом, свободы совести и вероисповедания, свободы слова и печати, собраний и союзов и др. Однако они не были сторонниками полного народовластия, оставляя за монархией определенное место в политической системе.

В XX в. формируется концепция нового либерализма, или «неолиберализма». В числе его представителей — Шельских (ФРГ).

Классические принципы либерализма модифицируются. Оставаясь приверженцами свободного рынка как механизма наиболее эффективной экономической деятельности, либералы в то же время стали подчеркивать необходимость определенного вмешательства в экономику государства для ограничения господства монополий и предотвращения диспропорций экономических конфликтов. Учение английского экономиста М. Кейнса и «Новый курс» Ф. Д. Рузвельта означали утверждение в идеологии либерализма новых фундаментальных идей. Неолиберализм теперь противостоит иным идеологиям: левым и правым. Его противником становится фашизм, отвергший права и свободы человека и провозгласивший тотальное включение всех сторон жизни в орбиту деятельности государственной власти. «Либерализм, — писал теоретик идеологии германского фашизма Шпенглер, — это анархия, отсутствие ясно выраженной цели, свободная игра сил»10. Неолиберализм кон-фронтирует и с идеологиями социалистической и коммунистической направленности. Его стержневой принцип — личная свобода в ущерб справедливости, коллективизму, солидарности, являющихся принципами социалистической идеи. Однако не следует упрощать суть идей либерализма. В них «приобрели большую значимость ценности и социальные цели, для реализации которых требовались не только действия согласно законам рынка и конкуренции (...), но и такие коллективно-организованные действия, которые непосредственно мотивируются гуманистическими идеалами...»11. Коллективизм независимых и свободных индивидуумов — одна из значительных идей неолиберализма, по сути сближающих его с современным социализмом.

Неолиберализм привлекает и тем, что служит идейной основой правового равенства индивидов и правового государства, как воплощения естественного довода между свободными индивидами. Он продолжает набирать очки в нынешних условиях, поскольку современный научно-технический прогресс предполагает возрастание роли индивидуальных способностей человека, личной свободы и ответственности.

Неолиберализм — идеология политических партий, опирающихся на достаточно широкие крути населения, преимущественно же — на слои предпринимателей, защищая прежде всего их интересы. Поэтому такие партии существуют во многих зарубежных странах и являются весьма влиятельными. Например, в Японии с 1955 г. стоит у власти самая крупная в стране партия — либерально-демократическая. Либералы занимают достойное место в политическом ландшафте Канады, Англии и Австрии. Все это говорит о том, что идеология неолиберализма продолжает играть существенную роль в политической жизни народов мира.

Неолиберализм тесно связан с идеологией и политикой консерватизма. Во второй половине нашего столетия их основные установки значительно сблизились и представляют собой некое синкретическое явление (А. М. Мигранян), оппозиционное по отношению к марксизму и социал-демократии.

Например, в США отдельные группы, перенесшие в конце 70-х в начале 80-х гг. акцент на традиционные идеи классического либерализма, стали называть себя не либералами, а консерваторами. В нашей стране, как правильно замечает Ю. А. Замошкин, на протяжении почти 70 лет «либеральная мысль была объявлена объектом бескомпромиссной идеологической борьбы»12, что, конечно, не прибавило советской политической мысли глубины и мудрости.

Теперь же она постепенно приобретает, так сказать, право гражданства. Зарегистрирована на общесоюзном уровне либерально-демократическая партия; недавно была организована либеральная партия. Программная цель либерально-демократической партии — создание правового государства с президентской формой правления, рыночной экономикой. Декларируется полная свобода для предпринимательства, в любых формах и видах свобода рыночных отношений.

Неоконсерватизм имеет своим историческим предшественником классический консерватизм. Это один из современных, широко распространенных видов идеологии. Неоконсерватизм отстаивает традиционные идеи, идеалы и принципы, отвергает любые революционные ломки общества как живого организма, который изменяется на основе преемственности и постепенного обновления.

Консервативные идеи, как известно, получили распространение в Европе и России после Французской революции на волне негативного отношения значительной части европейских народов к радикальным потрясениям в обществе. Консерватизм европейцев был подмечен Н. Бердяевым. Сравнивая их психологию с сознанием русских, философ писал: «Западные люди гораздо более оседлые, более прикреплены к усовершенствованным формам своей цивилизации, более дорожат своим настоящим, более обращены к благоустройству земли». Русский народ же «наименее детерминированный, наименее прикованный к ограниченным формам быта, наименее дорожащий установленными формами жизни». «У русских всегда есть жажда иной жизни, иного мира, всегда есть недовольство тем, что есть»13. Тем не менее идеология консерватизма получила известное распространение в дореволюционной России. Ее носителями были правые реакционно-консервативные партии («Русская монархическая партия», «Союз русского народа»), умеренно-консервативные партии («Торгово-промышленная партия», Союз 17 Октября). Первые стояли за сохранение господствующих порядков и добивались восстановления давно исчезнувших учреждений, которые бы явились оплотом борьбы против всякой новизны.

Вторые — ратовали за то, чтобы «слегка подправить ненавистную для всех старину, чтобы сделать ее менее отвратительной»14. Читателю помогут понять суть неоконсерватизма те характеристики, которые ему даются его теоретиками. Один из немецких идеологов неоконсерватизма Г. Кальтенбруннер указывает из числа десяти заповедей консерваторов такую: «Не верь в историческую закономерность и ее экстраполяцию. Наследие — это не история, история вовсе не обязательно предполагает прогресс, а сам прогресс далеко не всегда желателен. Консерватизм — это не культ истории, не фетишизация прошлого и не обожествление будущего, он скорее выступает за возврат к прошлому и за возможность его обновления в этом несовершенном, подверженном всякого рода замешательствам мире, мире, постоянно сталкивающемся с противоречиями, конфликтами, кризисами»15.

Наконец, приведем определение консервативного мировоззрения, данное в западногерманском учебном пособии «Политические идеологии»: «Это комплекс принципов, главные из которых — традиция, религиозность, авторитет, свобода и ответственность, естественное неравенство людей, скептицизм»16.

Зарубежные и советские исследователи выделяют три блока ключевых идей, характеризующих консерватизм и составляющих основу неоконсерватизма.

Первый блок идей. Человеческий разум ограничен в своих возможностях понять общество, осмыслить целостную картину социального процесса. Поэтому политика, социальные институты являются не следствием плана или проекта, а результатом выживания наиболее эффективного в борьбе с другими возможными вариантами. Они скорее продукт деятельности людей, чем реализация их проектов17. Неоконсерваторы ссылаются на философа и социолога К. Поппера, который понимает задачу общественной науки не в рациональном объяснении взаимосвязей, закономерностей в истории (что, по его мнению, является утопизмом), а в выявлении предполагаемых общественных последствий намеренных действий людей, поиске ответов на вопрос, что надо и что не надо делать в области политики. Идея ограниченности человеческого разума выводит консерваторов на концепцию приверженности историческому опыту, традиционным ценностям и нормам, принципу преемственности и обновления. В экономике — это свободный рынок, конкуренция и частное предпринимательство; в социальной и духовной жизни — защита прежде всего морали и религии.

Неоконсерватизм отдает предпочтение действию по методу проб и ошибок, а не реализации рационально обоснованных социально-политических проектов.

Он верен основоположнику консерватизма Верку, который резко критиковал Французскую революцию и считал, что очень хорошие схемы, созданные с наилучшими намерениями, часто имеют позорные и печальные последствия.

Второй блок идей — об отношении между индивидом, обществом и государством. Противопоставляя свою позицию либералам и социалистам, неоконсерваторы отвергают концепцию государства-попечителя индивида, а заодно и принцип социальной справедливости, не признают социально-экономического равенства людей, а ограничиваются лишь признанием необходимости юридического равенства граждан. Поиски равенства противоречат, по мнению консерваторов, как этическим нормам, так и экономическому благосостоянию. Что касается отношения к государству, то неоконсерваторы видят в нем главное орудие обеспечения в обществе порядка, стабильности. Однако они выступают против вмешательства государства в экономическую жизнь и бюрократизма. Неоконсерваторы считают, что такое вмешательство влечет за собою серьезные негативные для свободы личности последствия. И тем не менее они настаивают на авторитете власти, законности и порядке. Ратуя за широкую демократию, неоконсерваторы признают, что она ничего общего не имеет с анархией. Индивид свободен, но он не может быть независимым от общества. Основное кредо консерватизма: «сначала — чувство общественного долга, а уж потом — обеспечение свободы личности». В то время как либералы считают иначе: главное — обеспечение свободы личности, а что касается обязанностей и долга, то они должны быть согласованы со свободой и правами личности16.

Третий блок идей — принципиально негативное отношение к революционной форме социальных изменений. В свое время отношение к Французской революции стало чертой, разделившей либералов и консерваторов. Концепция преемственности и обновления прямо противоположна идее революции. Консерваторы не считали резолюцию чем-то рационально организованным и спланированным. Известно высказывание французского писателя — выразителя консервативных взглядов Шатобриана: «Развращение нравов и заблуждение разума поселяют у нас революции». Революции делают общество без прошлого и будущего. Неоконсерваторы не изменяют этой идее. К. Поппер, например, пишет о необходимости постепенных изменений, что предупреждает разрыв общества с прошлым, накопленным опытом и традициями.

Установки идеологии консерватизма продолжают играть в 70-80-е гг. значительную роль в политике партий многих ведущих стран Запада и Америки. Они доминируют в США, Англии, Японии, Германии.

Консерваторы в союзе с другими буржуазными партиями одержали победу над социал-демократами на парламентских выборах в Швеции в сентябре 1991 г. Предвыборная борьба проводилась под лозунгом дать «последний бой социализму».

В числе новых консерваторов — виднейшие зарубежные политики: Р. Рейган и Д. Буш, бывшая премьер-министр Англии «железная леди» М. Тэтчер, канцлер ФРГ Г. Коль, покойные виднейшие политические деятели ФРГ К. Аденауэр и И. Штраус.

Консерваторы добились в 80-е гг. наибольшего экономического роста в ведущих странах Запада, а также высокой стабильности и морального обновления общества. Их идеологические и политические принципы и практическую деятельность поддерживают различные слои населения.

Например, за западногерманских консерваторов голосуют (согласно статистике 1985 г.): наибольшая доля (22%) — служащие низшего и среднего уровня, 20% приходится на чиновников, неквалифицированные рабочие — 13, квалифицированные — 17, «частники» —16%. Традиционно голосуют за консерваторов крестьяне16.

Описанные характеристики неоконсервативного идеолого-политического течения не дают основания во всем провести демаркационную линию между ним и другими течениями, в том числе социалистическим. Это подчеркивают сами неоконсерваторы.

Один из руководящих деятелей ведущей в Германии партии ХДС X. Гайслер говорил в своем интервью журналу «Гутен Таг»: «Консерватизм — понятие многозначное. Определениями «консервативный» и «прогрессивный» сегодня едва ли можно оперировать при обозначении политических позиций. ХДС консервативен, когда речь идет о неотъемлемых правах индивидуума по отношению к коллективу. С другой стороны, он прогрессивен, так как, руководствуясь принципом социального рыночного хозяйства, ХДС преодолел противоречие между трудом и капиталом». И далее: «Люди и политика не могут отказываться от исторического опыта. То, что мы принимаем в расчет исторический опыт, делает нас консервативными. Мы основывается на этом опыте, руководствуемся им...»18.

Исследователи отмечают, что между сторонниками неоконсерватизма и либерализма ныне установился определенный консенсус. В чистом виде того и Другого нет. В политике можно говорить лишь о том или ином соотношении неоконсервативных и неолиберальных идей.

В заключение можно сказать о влиянии идеологии либерализма и неоконсерватизма на политическую ситуацию в нашей стране. Не будет преувеличением отметить, что в идеологии и политической стратегии радикальных демократов, пришедших ныне к власти в России, в достаточной четкостью просматриваются те и другие тенденции.

Суть идеологических установок радикал-демократов проявляется не только в многочисленных высказываниях их лидеров, но и в тех политических шагах, которые теперь делаются. Курс на возрождение господства частной собственности в экономике, на сплошное разгосударствление последней; признание свободного рынка и конкуренции единственным средством экономического и социального прогресса; отрицание принципа социального равенства и установка на индивидуализм; противопоставление личности государству; возвращение к политическим и идеологическим традициям дореволюционного времени; открытие дверей в политику церкви; наконец, открытый антикоммунизм — все это вместе взятое дает основание говорить о практической реализации в политике новых правящих сил идей неолиберализма в примесью консерватизма. Тому есть некоторые объективные причины. В первую очередь — дискредитация антидемократической практики многих структур государственного социализма. Сыграла свою роль потребность современной технологической революции в раскрепощении творческого потенциала работника-индивида. Показателен политический опыт ряда западных стран, где либерализм укоренен в систему общественных отношений. Тем не менее нынешний политический процесс в России свидетельствует (что подчеркивают многие исследователи): у российского либерализма, в особенности в его западном варианте, нет будущего. В нашей стране иные традиции, иные экономические, социальные и культурные условия. Главное, в России никогда не доминировал индивидуализм, на чем базируется либеральная идея.

В целом же идеологическая и политическая картина российского общества в данный момент довольно пестрая. Судя по наличию политических партий и движений, можно сказать, что в нашем обществе сегодня соседствует большинство существующих в мире типов идеологических воззрений политического сознания: социалистического (марксистско-ленинского), неоконсервативного и консервативно-бюрократического, неолиберального и реформистско-демок-ратического, радикалистского, централистского, технократического, националистического и т. п. Все смешалось в нашем российском доме. Не случайно зарубежные соотечественники говорят о помутнении ума народного.


Пред. статья След. статья
руська правда рік