«Эффект домино» в регионах

Многие обратили особое внимание на рост влияния таких великих держав, как Китай и Индия, а также на те последствия, которые это может иметь для мирового порядка. Эти державы, несомненно, бросят вызов «однополюсному миру», сформированному в соответствии с предпочтениями американцев и европейцев, на которых в общей сложности приходится менее 10% населения земного шара. Но гораздо большую опасность для «однополюсного периода» представляет собой существование в мире еще одного разряда стран — от Бразилии и Мексики до Южной Африки и Нигерии, Японии и Южной Кореи, — которых больше не удовлетворяют взаимодействие с Европой и Соединенными Штатами на двусторонней основе и принятие решений, обусловленных относительной слабо­стью собственного положения.

Эти страны наблюдали за тем, как Европейский союз дал крошечным странам возможность определять свою судьбу на мировой арене независимо от их благосостояния, военной мощи или численности населения. Они увидели, что региональные клубы могут помочь преодолеть исторически сложившиеся напряженность отношений и соперничество, могут помочь укрепить демократию, ускорить интеграцию стран в мировую экономику и выработать общие решения проблем, выходящих за рамки границ отдельных стран, — от организованной преступности до загрязнения окружающей среды. Успех ЕС выпустил из бутылки дух регионализма, и загнать его обратно будет уже невозможно. Этот новый регионализм связан не с воюющими между собой автократическими блоками, а с клубами, содействующими глобальному развитию, региональной безопасности и открытым рынкам для своих членов. И по мере того как каждый регион будет создавать свои собственные механизмы, все вместе они будут оказывать воздействие на мировой порядок.

Почти пятьсот лет назад Европа изобрела самую эффективную в истории форму политической организации — национальное государство. В результате ряда войн и завоеваний эта форма политической организации распространилась, подобно вирусу, так что к XX столетию она являлась единственным способом организации политики, ликвидировав империи, города-государства и феодальные системы. Поскольку национальные государства были наиболее удобны для ведения дел с другими национальными государствами, перед другими политическими системами встал очевидный выбор: либо стать национальным государством, либо оказаться во власти такого государства. К концу XX века единственным способом быть представленным в международных организациях означало быть национальным государством.

Во второй половине XX века европейцы начали перестраивать эту модель. Поскольку объединенная Европа приобретает все большее влияние в мире и расширяется, готовясь охватить весь континент, другие страны оказались перед таким же очевидным выбором: либо вступить в Европейский союз, либо создать свой собственный союз, основанный на тех же принципах международного права, вмешательства в дела друг друга и идеологии сохранения мира. К концу XXI века в новом мире регионов надо будет быть членом клуба, чтобы быть представленным в международных организациях. Именно поэтому страны объединяются, чтобы сохранить свое влияние в мире. Этот региональный «эффект домино» уже изменяет наши представления о политике и экономике и по-новому определяет значение силы для XXI века.

Зарождающийся мир не будет ориентирован ни на Соединенные Штаты, ни на Организацию Объединенных Наций, а будет содружеством взаимозависимых региональных клубов. В Африке концентрированное внимание к проблеме поддержания мира отражает тот факт, что злейшим врагом развития в регионе являются конфликты, а также сильное желание не зависеть от западных войск при решении африканских проблем. В Восточной Азии «инициатива Чианг Май» является попыткой ввести в действие азиатский способ решения валютных спекуляций, так чтобы в случае кризиса азиатской валюты в будущем странам-участницам не пришлось обращаться в Международный валютный фонд. Хотя по существующим в настоящее время правилам «инициатива» будет выдавать уча­стникам соглашения ссуду в размере всего лишь 10% от объема предоставляемой ею краткосрочной финансовой помощи (а предоставление остальных 90% будет зависеть от соответствия критериям МВФ), в среднесрочной перспективе вероятно, что этот регион, известный своим избытком капиталов, изменит эти критерии, чтобы освободиться от МВФ и Всемирного банка. Так же и в Латинской Америке экономисты подсчитали, что на континенте имеется достаточно резервов, чтобы справиться с любым кризисом (за исключением обвала бразильской экономики), не обращаясь за помощью к МВФ.

Все эти инициативы объединены попыткой выйти за пределы «однополюсного мира». Ни одна страна не хочет, чтобы сверхдержавы или международные институты, которые она не может контролировать, диктовали ей свои условия. В этом мире можно будет сохранять свою самобытность и свой суверенитет, не будучи сверхдержавой. И в то же время будут невозможны массовые нарушения прав человека или геноцид, а также использование исповедываемого ООН принципа «невмешательства во внутренние дела» в качестве геополитического предупредительного знака: «Не мешать».


Пред. статья След. статья