ГлавнаяКниги о политологииПолитическая наука - Гаджиев К. СПолитическая символика и политико-культурный подход

Политическая символика и политико-культурный подход


Истина об общественной жизни лежит как в объективной реаль­ности, так и в сфере мифологического, традиционного и т. д., оказы­вающей значительное влияние на формирование основных контуров и содержание картины мира. К тому же в современных условиях ряд важнейших социальных и политических проблем в обществе приоб­ретает социокультурное измерение. Поэтому очевидно, что полити­ческие реалии, в том числе и политическое поведение отдельного человека или той или иной социальной группы в конкретных ситуа­циях, невозможно адекватно объяснить без учета социокультурного фона политических явлений. Использование средств массовой инфор­мации, особенно визуальных, еще более усиливает значимость чув­ственного, эмоционального, иррационального за счет рационального. Это предполагает преодоление функционализации личности, отказ от трактовки всех ее деяний в терминах экономического, технологи­ческого или иных форм детерминизма, реабилитацию непосредствен­ных чувственных восприятий, эмоций, антипатий и симпатий, всего того, что мы причисляем к социально-психологической и социокуль­турной сферам, ко всему тому, что способствует самоидентификации нации или иной социальной общности.

Человек как социальное существо имеет индивидуальное, груп­повое, национально-историческое, социокультурное, общечелове­ческое и иные измерения. Поэтому он является объектом изучения различных обществоведческих дисциплин - антропологии, этногра­фии, социологии, философии и т. д. Естественно, что человек, как центральный субъект политических отношений и политического про­цесса, не может оставаться вне поля зрения и политологии. Наука, претендующая на освещение реальной жизни, где центральное место занимает человек, не вправе игнорировать то, что можно обозначить понятием ’’человеческое измерение”, которое весьма трудно, если не невозможно, втиснуть в прокрустово ложе каких бы то ни было искусственно сконструированных теорий, моделей, математических формул и т. д. Постигать не поддающиеся каким бы. то ни было коли­чественным измерениям и строго научному анализу духовное нача­ло, символический аспект общественной жизни - удел интуиции. С этой точки зрения можно понять тех представителей западной об­щественно-политической мысли, которые сетуют на дегуманизацию политической науки, на исчезновение человека, его интересов и потребностей из фокуса ее внимания. Поэтому необходимо восста­новить роль и значение человеческой личности как главного субъек­та общественно-исторического процесса, вернуть в центр исследова­ния человека и его интересы, потребности, устремления.

Социально-политическая жизнь зачастую или даже всегда носит символический характер, хотя она и не сводится к комплексу пред­ставлений, химер и символов. Утверждать, что она символична, - значит утверждать, что она должна быть понята и интерпретирована, что жесты, знаки, слова отсылают к чему-то иному, чем они сами. Как отмечает французский политолог С. Лятуш, ’’переход от пред­ставления к конкретному жесту является моментом соприкосно­вения субъекта (индивидуума, социального класса, политической партии, нации и т. д.) с миром”. Вопрос ’’Как познать социальную реальность?” ведет к вопросу ’’Что такое социальная реальность?”, который, в свою очередь, ведет к вопросу ’’Что такое человек?”. Другими словами, для адекватного познания социальной действи­тельности необходимо занять антропологическую позицию, утвер­ждающую постулат о культурной природе человека, постулат о том, что человек является существом не только экономическим и полити­ческим, но также одновременно социокультурным. В таком качестве рациональные компоненты в его сознании тесно переплетаются с элементами эмоционально-волевыми, мифологическими, традици­онными, национально-психологическими, ’’трайбалистскими” и т. д. Естественно, рационализированные материальные интересы социаль­ных слоев, классов, групп и т. д. представляют собой могуществен­ный детерминирующий и динамический фактор, вносящий решающий вклад в развитие общественно-исторического процесса. Однако такие категории, как патриотизм, семейная. и общинная или иные формы лояльности, мифы, обычаи и традиции, тоже играют значительную роль в детерминации содержания и направленности общественных процессов и политического поведения различных категорий людей.

Мифы, традиции, обычаи в целом нерациональны по своей сущ­ности, по крайней мере в том смысле, что они не подвластны логике. Порой они базируются скорее на вере, убеждении, нежели на разуме, скорее на идеалах, чем на реальностях. Они составляют часть мира, в котором мы живем. Поэтому их нельзя отбрасывать как беспо­лезные фикции, заблуждение, как нечто нереальное.

На политическое поведение значительно сильнее влияют действия правительства, политических партий и деятелей, чем реальный смысл этих действий. Важную роль в интерпретации этих действий как раз играет господствующая в обществе система политических символов. В целом без них и знаков невозможно представить себе практиче­скую и духовную жизнь общества. Когда речь идет о значении симво­лов, исследование вторгается в сферу эпистомологии и семиотики. С другой стороны, поскольку символы и символическая система играют важную роль в достижении спаянности и преемствен­ности любого общества, их изучение поднимает более глубокие про­блемы.

С помощью символов и знаков люди взаимодействуют друг с дру­гом, и в этом отношении они являются средством регуляции социаль­ного поведения. Более того, нация, народ, сообщество людей выраба­тывают собственный образ, или ’’самообраз”, в значительной мере в разного рода символах и знаках в процессе исторического развития.

При этом важно учесть, что тот или иной знак, жест, чтобы слу­жить в качестве адекватного элемента коммуникации, нес в себе одинаковый для всех ее участников смысл. Так, например, избира­тель может голосовать разными способами, скажем поднятием руки, опусканием бюллетеня и т. д., но не всякое поднятие руки есть акт голосования, необходимо, чтобы таковым его считали все те, для кого он имеет значение.

Эффективным средством в руках политолога может стать поли­тико-культурный подход, призванный объять социокультурное из­мерение политики. Он позволяет преодолеть формально-юридиче­ское понимание политики, традиционный подход к политике в тер­минах политической системы, государственно-правовых институтов и т. д. Обосновывая необходимость отказа от формально-правового подхода к политике, один из представителей концепции политиче­ской культуры, Г. Алмонд, предлагал разграничить два уровня иссле­дования политической системы: институционального и ориентацион­ного. Если первый уровень характеризуется исследованиями инсти­туциональной структуры политической системы, то второй - изуче­нием ориентаций человека на эту систему и институты. Комплекс этих ориентаций, включающих познавательные, эмоциональные и ценностные, Алмонд назвал политической культурой. Тем самым субъективный аспект политического он поднимал до уровня значи­мости институциональной структуры.

Политико-культурный подход дает возможность определить, почему одинаковые по своей форме социально-политические инсти­туты действуют неодинаково в разных странах или же в силу каких причин те или иные институты оказываются дееспособными в одних странах и совершенно неприемлемыми в других. Он позволяет про­никнуть в глубь обычного, поверхностного и одномерного ви­дения политической системы и ее институтов, их деятельности, нащупать глубоко запрятанные корни национальных мифов, традиций, представлений и т. д., существующих в сознании всех членов общества - от главы государства до маргинала.

Политико-культурный подход интегрирует методы социологии, социокультурологии, национальной психологии и новейших методов исследования социальных и политических установок людей в еди­ный междисциплинарный подход. Это дает возможность полнее и глубже понять реальные механизмы и закономерности реализации политических процессов. Здесь важно подчеркнуть, что одной из важнейших проблем политологии является политическая культура со свойственными ей ориентациями, установками, национальными мифами, стереотипами и т. д.


Пред. статья След. статья